В ближайшее время планируется ряд визитов президента Владимира Путина в страны Центральной Азии. О том, какие вопросы наиболее актуальны на данный момент для России в этом регионе,  рассказал доктор политических наук, директор Аналитического центра МГИМО Андрей Казанцев:

 -  Андрей Анатольевич, Владимир Путин в ближайшее время посетит с визитом сразу несколько стран Центральной Азии. На первом месте во время переговоров будет экономика или безопасность, на Ваш взгляд?

 - И безопасность, и экономика. Потому что это настолько взаимосвязанные сюжеты, особенно в случае с Центральной Азией, что разделить их невозможно. По сути, основной момент в экономическом развитии даже таких ключевых стран, как Казахстан, связан с вопросами безопасности. Вот где-нибудь в Афганистане что-нибудь взорвут и потом испуганные немецкие инвесторы начинают деньги выводить. Собственно, то же самое относится и к российским инвесторам. Они тоже очень чувствительны к разного рода рискам, и не только к рискам, связанным с терроризмом, но и к рискам геополитическим, связанным с отношениями между странами.

 Очень часто в ряде стран терялись большие деньги. Например, в случае с потерей бизнеса МТС - фактически конфисковывалась собственность в Узбекистане, Туркменистане. Проблема международных инвесторов в Кыргызстане хорошо известна – не только российских, китайских инвесторов, но и канадских, связанных с «Kumtor Gold». Экономику и безопасность здесь вообще разделять нельзя.

 Кроме того, нужно понимать, что если не брать Казахстан, то экономические отношения России со странами Центральной Азии определяются в основном политическими факторами, потому что Россия мало что вывозит из этих стран. В отношениях с Казахстаном есть проблемы огромного профицита торгового баланса России, но в случае с другими странами Центральной Азии ситуация просто катастрофическая. Россия ничего оттуда не вывозит, она только ввозит, при том зачастую ввозит в виде скрытых льгот. Предположим, что поставка горюче-смазочных материалов в Кыргызстан или Таджикистан оформлена как экспорт, но, по сути дела, это субсидирование этих экономик. Или другой пример. «Газпром» формально инвестировал в Кыргызстан деньги, а, по сути, это одна из форм помощи. То есть он купил «Кыргызгаз», значит, обеспечивает теперь его газом по достаточно низкой цене по сравнению с тем, как им раньше приходилось покупать газ у Узбекистана. В торговле с Узбекистаном постоянно тоже образуется профицит, и России потом приходится списывать долги.

 - В данном контексте, тем не менее, нельзя не сказать еще и про трудовые ресурсы этих стран?

 - Да, это тоже показывает тесную связь между политикой и экономикой, потому что здесь уже всё связано с тем, получают трудовые мигранты из соответствующих стран преференции в России или нет. В частности, хорошо известная ситуация, когда у Таджикистана и Узбекистана был спад трудовой миграции в Россию в связи с российским экономическим кризисом, начиная с 2014 года, а также в связи с ужесточением административного законодательства. У Кыргызстана ситуация была совершенно другая. Число кыргызских трудовых мигрантов не уменьшалось в силу того, что Кыргызстан входит в ЕАЭС. Это был один из важнейших факторов, обеспечивавших нахождение Кыргызстана в ЕАЭС.

 - В случае с Кыргызстаном интересен тот факт, что за прошлый год Кыргызстан получил самый большой из всех стран ЕАЭС рост ВВП…

 - В это дело, в том числе,  внёс существенный вклад фактор трудовой миграции в Россию. Кыргызстан занимает 2-е место в мире по отношению размера перечислений трудовых мигрантов к ВВП. По ряду оценок, эти суммы составляют более трети ВВП страны. Это один из существенных факторов, особенно в условиях падения транзитной торговли, потому что вхождение Кыргызстана в ЕАЭС, с одной стороны, стабилизировало ситуацию на рынке трудовой миграции и с перечислениями трудовых мигрантов, а с другой – вызвало к жизни определённые проблемы, связанные с тем, что уменьшилась транзитная китайская торговля.

 - Продолжим тему Кыргызстана. Это будет одна из стран, которые, как ожидается, должен посетить российский президент. Какие, по Вашему мнению, вопросы безопасности актуальны сейчас для обсуждения?

 - Очевидная проблема — это угроза международного терроризма. Это вербовка террористическими структурами боевиков в странах Центральной Азии. Это всё непосредственно касается и России, потому что это вербовка трудовых мигрантов, в том числе на территории России. Соответствующая ныне кыргызская статистика мне неизвестна, но в соседнем Таджикистане официальные данные свидетельствуют, что 85% мигрантов вербуются на территории России. Эксперты считают, что этот тренд можно и на кыргызских мигрантах распространить.

Также есть потребность в борьбе с пропагандой экстремистской деятельности, например, в рамках ОДКБ. Кыргызстан является членом этой организации. Альянс ОДКБ проводит операцию «Прокси», в рамках которой идёт поиск и блокирование сайтов, через которые осуществляется пропаганда экстремизма и вербовка боевиков. Также Россия оказывает серьёзную помощь Кыргызстану в вопросе перевооружения армии. Это осуществляют для того, чтобы кыргызская армия могла противостоять разного рода угрозам, в том числе со стороны международных террористов. Все мы помним ситуацию 1999 года, Баткенские события… Ситуация может повториться, в связи с тем, что ситуация в северном Афганистане очень плохая. То есть очень широкий комплекс факторов.

 Но и экономику не надо недооценивать. России пришлось отказаться от ряда гидропроектов Киргизии под влиянием кризиса. Есть определённые разногласия, связанные с документами ЕАЭС, в частности, киргизская сторона отказывалась некоторые документы подписывать в прошлом году. А также есть серьёзные вопросы, связанные с тем, куда будет дальше эволюционировать внутренняя политика Киргизии, потому что президент Атамбаев уходит. Будут президентские выборы, есть определенная обостренность ситуации в отношениях между политическими партиями в Кыргызстане. Страна известна своей нестабильной политической ситуацией, которая уже привела к двум революциям. Поэтому российскому лидеру будет интересно, в том числе в контексте проблем безопасности, геополитики, ибо Кыргызстан занимает важное стратегическое положение, посмотреть, что там происходит.

 - Какие основные вопросы переговоров будут в случае с Таджикистаном?

 - В случае с Таджикистаном, это, прежде всего, комплекс проблем, связанных с международным терроризмом, с угрозами из соседнего Афганистана. Безусловно, и непростая ситуация на таджикско-афганской границе. В Афганистане, на севере идёт рост нестабильности, концентрация боевиков. Развёрнута сеть террористических лагерей, где много боевиков, в том числе русскоязычных выходцев из постсоветских стран.

 В рамках ОДКБ Россия гарантирует безопасность Таджикистана, проводятся регулярные учения, есть специальные силы, которые предназначены для преодоления возможных последствий вторжения боевиков с территории Афганистана. Россия поддерживает как в двустороннем формате, так и в формате ОДКБ силовые структуры Таджикистана, оказывает помощь в их модернизации на достаточно крупные суммы. Сейчас идут поставки вооружения, идёт обучение таджикских офицеров в России.

 Безусловно, это и тема миграции, так как Таджикистан занимает 1-е место в мире по соотношению перечислений трудовых мигрантов к ВВП. И здесь именно Таджикистан – наиболее пострадавшая сторона от российского кризиса, потому что упал курс рубля, перечисления шли в долларах, они автоматически уменьшились более чем в 2 раза за последние 2-3 года. Это, конечно, и уменьшение количества трудовых мигрантов, в отличии, к примеру, от Кыргызстана. Таджикистан заинтересован в получении его гражданами каких-то преференций. Речь зачастую идёт даже не о законах, а о каких-то вопросах, регулируемых на уровне ведомств, отдельных корпораций. Например, откуда летать самолетом из Москвы в Таджикистан – даже по этому поводу был конфликт. Все эти вопросы требуют обсуждения.

 - Для всех ли стран региона характерна такая тесная связь между безопасностью и экономикой?

 - Пожалуй, за исключением Казахстана - крупнейшей экономики в регионе, которая закрывает больше двух третей регионального ВВП.  В отношениях с Казахстаном есть отдельная динамика, чисто экономическая, которая к политике не сводится. Именно она является определяющей в отношениях России и Казахстана. Это приграничная торговля, взаимные инвестиции, кооперационные связи предприятий и т.д. Большое количество граждан Казахстана находится на территории России, россияне работают в Казахстане. Там не такая ситуация с трудовой миграцией, как с другими странами Центральной Азии, потому что и россияне, в свою очередь, едут работать в Казахстан, часто на высокооплачиваемые должности. Много казахов работают в России в сферах, где требуется высокая квалификация. Учебная миграция между странами очень большая. Здесь есть большой комплекс чисто экономических вопросов.

 - Говоря о Казахстане, не могу не спросить про программу политических и экономических реформ, которую президент Назарбаев недавно озвучил …

 - Речь идёт, прежде всего, о том, что президент немного дистанцируется от определения экономической политики. Больше полномочий будет передано правительству Казахстана во взаимодействии с парламентом. Это логично, с учётом того, что экономическая ситуация достаточно сложная, нужно принимать оперативные решения. В конечном счёте, за это несёт ответственность правительство. В случае с Россией, у нас вообще сложился неформальный порядок, когда премьер-министр за экономику отвечает, а президент определяет ситуацию, связанную с внешней и военной политикой. Такого рода меры, как в Казахстане, проводились в ряде других стран перед транзитом власти для того, чтобы смягчить ситуацию. Правительство должно привыкнуть, что оно само что-то самостоятельно решает. Это очень важно, на это могут уйти годы.

 - А сама программа «третьей модернизации»?

 Это очень важная, позитивная программа. Другое дело, что надо понимать, какие сейчас есть серьёзные экономические проблемы в Казахстане. И я бы сказал, что это достоинство Назарбаева. Он умеет в сложных ситуациях формулировать такие интересные, перспективные, долгосрочные программы, которые позволяют мобилизовать административные структуры и дать какие-то перспективы бизнесу и населению для того, чтобы выйти из кризиса.

 К слову сказать, это очень логично. Это та система, которую Кейнс впервые предложил, сказав, когда были ситуации типа «великой депрессии» 1930-х годов, что всё связано с тем, что у всех упало настроение. Людям надо дать надежду, надо сформировать перспективу, а это – задача государства в период экономического кризиса. Что казахстанская сторона и делает. Это соответствует рецептам кейнсианской экономики. С точки зрения Кейнса, государство должно больше тратить для того, чтобы дать перспективу, видение. И видение есть, но это не автоматически реализуемое видение. Конечно, мы должны быть реалистами и понимать, что сырьевой сектор экономики в Казахстане играет ключевую роль. Он ещё долго будет играть ключевую роль, но надо видеть будущее. Без этого видения ничего не будет.

По материалам Информационно-аналитического центра МГУ

 

Бессмертный полк - Труженики тыла 

  • Atanov
  • Eremina
  • Eremin
  • Galeev
  • Golubchikova
  • Golubchikov
  • Keller
  • Kemm
  • Kostysheva
  • MatskoM
  • MatskoP
  • Savochkin
  • SeleznevaL
  • SeleznevaM
  • VdovichevaAnna
  • VdovichevAlex
  • Vdovichev
Скачать бесплатно темы Joomla. Плагины Joomla на joomlaru.com _j18__